Семиотика искусства Искусство Осетии
   
  Оглавление    
     
 

Осетинский орнамент
(продолжение)

Всадники и Богиня

Именно к такой священной фигуре в орнаментальных композициях подъезжают мужчины-всадники. Подобный сюжет – один из основных в русском орнаменте. У него древние и глубокие индоевропейские корни, приводящие к временам, когда Богиня Мать-земля сама воплощалась в коня. Со временем произошла антропоморфизация Богини, конь из ее воплощения стал атрибутом, спутником и жертвенным животным. Так, греки поклонялись богине Меланиппе – черной кобылице, культ которой позднее слился с культом Деметры. У троянцев был распространен образ Богини – хозяйки коней, стоящей между двумя всадниками. Эти всадники, спутники Богини, близнецы, олицетворяющие противоположные стихии – жизнь и смерть, над которыми властна только Мать-земля. Кельты чтили богиню Эпону – «хозяйку коней», представлявшуюся между двумя всадниками или двумя конями. Подобной Богине поклонялись и германцы (7, с. 39).

Образ священного коня занимал видное место и в верованиях индоиранских народов, к семье которых и принадлежат алано-осетины (рис. 125). Именно у этой семьи народов образ коня получил еще и хтонический аспект, связавший его с культом плодородия, поскольку конь ассоциировался с самой Богиней-матерью, сочетавшей в себе, как мы уже отметили, функции смерти и возрождения. Божественная Дзерасса осетинского эпоса, одна из ипостасей Богини Матери-земли также властна над конями темной масти – «хок-цуал», и имеет своих всадников-спутников (близнецов).

Рис. 125 а, б, в. Отображение сюжета о всаднике и Богине в скифской пластике и осетинской пиктограмме:

 
а) Горный Алтай, V в. до н. э.;   б) Краснодарский край, IV в. до н. э.;
   
в) Северная Осетия, XVI в.    

 

Сюжет, в котором Богиня встречает всадника, широко представлен и в скифском, и в сармато-аланском культурном пласте. В своей ритуальной форме он дожил в осетинской традиции до ХХ века, в виде обряда посвящения коня покойнику. Но отголоски этой древней духовной формулы сохранились и в русской фольклорной традиции (рис. 126). Вот как описывает В.А. Городцов композицию, изображенную на северорусской набоечной доске XIX века: «В верхнем ярусе изображена Великая Богиня; справа и слева около нее представлено в удвоенном виде Древо жизни; далее с обеих сторон сидят на конях два всадника, из которых правый имеет в руках, поднятых адоративно кверху, сосуд, очевидно, с причастием Великой Богини и, может быть, меч, как символ силы и власти; левый всадник поднял одну руку с раскрытою ладонью в знак адорации, а другою, также приподнятую, по-видимому, держит повод коня» (4, с. 93). Приходится только удивляться живучести древнего сюжета, прошедшего через время и сохранившегося в разных, но во многом родственных культурах.

 

 

Рис. 126 а, б, в, г, д.
Отображение древнего сюжета о всаднике и Богине
в скифской пластике и русском орнаменте XIX века:

а) Фрагмент скифской пластинки из кургана Карагодеуашх с изображением Богини,
IV – III в. до н. э.
   
 
а) подол женской рубахи,
Архангельская губ.;
  б) северорусская набоечная доска;
 
в) подол олонецкой женской рубахи;   г) украшение каргопольского
полотенца

 

Примечательно, что в русской вышивке нередко встречается изображение всадниц по сторонам от женской фигуры (или Древа) (рис. 127). Они определяются по широкому платью и представлены обычно, в отличие от мужчин, фронтально стоящими на конях, часто с воздетыми руками. Образ амазонок («Девичьего царства») не чужд русскому народному устному творчеству. Так, знакомый нам с детства сказочный персонаж – Баба-Яга, является владелицей табунов волшебных кобылиц, железной ступы, которая ассоциируется со скифо-сарматским бронзовым котлом, а в некоторых русских сказках сказочный персонаж поднимается до уровня повелительницы степного конного войска, что, по сути, возводит этот сюжет к прославянско-сарматским временам, преданиям о североиранских амазонках (рис. 128) (13, с. 318).

Рис. 127 а, б, в, г. Древний сюжет о Богине и амазонках:

а)    
а) бронзовая подвеска «Всадница»,
Прикамье, X в.;
   
б)
     
в)   г)
б), в) северорусский орнамент   г) украшение полотенца, Калужская губ

 

 

а) б) в) г)
Рис. 128. Образы североиранских амазонок: а) Иран, XVIII в. до н. э., б) Дагестан, VII в. до н. э., в) Аттика, V в. до н. э., г) Керчь, II в. н. э.

 

 


 
  Оглавление
В. Цагараев Осетинский орнамент